В Париже появились "экзистенциалистские кафе" с
обязательным черным потолком, дабы посетителям было легче сосредоточиться на
переживании "тоски", "тревоги", "абсурда" или даже "тошноты". У Камю такого
сорта мода вызывала возмущение, классиком "абсурдизма" он себя не считал, а
игры в "отчаяние" и "мировую скорбь" рассматривал как продукт
интеллектуального убожества. "Верно, что люди моего поколения видели слишком
много, чтобы мир мог сохранить для них видимость "розовой библиотеки",--
говорил Камю в 1948 г.-- Они знают, что есть тюрьмы и казни на рассвете, что
невинность часто убиваема, а ложь торжествует. Но это -- не отчаяние! Это --
ясность. Подлинное отчаяние означает слепоту. Оно примиряется с ненавистью,
насилием и убийством. С отчаянием такого рода я никогда не соглашался".